Юная Ариадна Эфрон присутствовала на встречах М.Цветаевой и Андрея Белого в Берлине. «-А какая тихая дочь. Ничего не говорит. <...> Приятно! <...> - А у меня своих - нет. И, наверное, уже не будет. Может быть - жаль? Может быть, лучше было бы, если бы - были? Я иногда жалею. Может быть, я как-то...прочнее был бы на земле?..» ( «Пленный дух»).
В 1922 году А.С.Эфрон была свидетельницей встреч М.Цветаевой и Андрея Белого. Много лет спустя она вспоминала об этом так: «Изредка в Берлин наезжал, из ближнего Цоссена, Андрей Белый, сраженный разрывом с женой, Асей Тургеневой, потерянный, странный, глубоко несчастный, с безумными, запредельными глазами. Удар его беды Марина тотчас приняла на себя, в себя, естественно и привычно впряглась в эту упряжку. Несмотря на то, что окружающие относились к нему сердечно, бережно, хоть и не без доли почтительного страха, одна лишь Марина оказалась в ту пору пристанищем его смятенной души».